Учебно-образовательные материалы в свободном доступе

В октябре 2006г. Международный институт планирования образования UNESCO свел вместе подписчиков двух сообществ, поддерживаемых институтом (По ПО с открытым кодом и по открытым учебно-образовательным материалам) с целью обсудить возможности использования ОПО (открытого программного обеспечения) и соответствующих методов работы для разработки учебно-образовательных материалов в свободной доступе (УОМСД). Результатом активной дискуссии стал сводный отчет, включающий следующие элементы:

• Сравнение требований к разработке
• Модели разработки
• Стандарты учебного процесса
• Обеспечение качества материалов
• Варианты лицензирования
• Использование материалов для сертификации умений и навыков
• Роль нового поколения участников
• УОМСД , орентированные на пользователя
• Публикация УОМСД

Во время дискуссии участники применили классификацию моделей разработки ОПО для УОМСД:

1. Модель собора, при которой разработка УОМСД осуществляется при активной центральной координации (обычно оплачиваемой командой экспертов). Примерами такой модели могут служить проекты МИТ (http://ocw.mit.edu/) и Открытого Университета Великобритании (openlearn.open.ac.uk)

2. Модель базара, когда сообществу потенциальных пользователей и разработчиков УОМСД предоставляются базовые материалы и необходимые средства для начала создания УОМСД, и именно сообщество занимается непосредственно разработкой в соответствии со своими требованиями и нуждами. Пример такой модели – проект Университета Райс (http://cnx.org/)

Примечательны причины, побудившие бывшего президента МИТ принять беспрецендентое тогда решение предоставить все учебные материалы МИТ в свободном доступе: дальнейшее развитие образования, расширение доступа к учебным материалам, возможность для преподавателей МИТ более эффективно обмениваться используемыми материалами, более интенсивные контакты с выпускниками, один из способов улучшить подготовку собственных студентов.

Возможно именно УОМСД способны изменить закостенелость учебных процессов и оновить учебные материалы, используемые в образовательной системе стран СНГ. Привлечение выпуксников, или даже просто специалистов, реально работающих с данной тематикой, способно ускорить передачу информации напрямую в учебные процессы (как формализированные так и в самообучение), минуя длительный процесс привлечения авторских коллективов, поисков финансирования на разработу материалов и т.д. и ни в коей мере не подменяя необходимость улучшения традиционного процесса разработки учебных материалов.

7-ма рамкова програма Євросоюзу

Наприкінці минулого року було оприлюднено перший конкурс у рамках нової 7-мої рамкової програми Євросоюзу, що є основним інструментом фінансування фундаментальних та прикладних наукових досліджень в Європі. Вже декілька років як українські організації (як компанії так і дослідницькі інститути) мають право брати участь у проектах, фінансованих через рамкові програми ЄС.
Дослідницькі проекти зрозуміло є цікавими безпосередньо для дослідницьких організацій у межах їхньої компетенції та профілю діяльності. Проте комерційні організації (як великі так і малі підприємства) можуть залучатися на стадії тестування нових технологій, або апробації нових методів, або задля поширення інформації про певні новітні технології/методи на наших теренах. Більш того, компанії можуть виходити із проблемами, які вони самотужки не в стані розвязати і де власне потрібна допомога наукових закладів. Це насамперед стосується високотехнологічних сфер, галузей та проектів.
Рекомендації українським організаціям:

• Перегляньте офіційну сторінку Рамкової Програми, знайдіть ті сфери/напрямки, які цікавлять саме вас
• Поцікавтесь проектами, фінансованими в рамках 6-тої Рамкової Програми, – складіть власне уявлення про потенційні проекти
• Звязуйтесь з іншими європейськими партнерами, організаціями і т.д. – говоріть, обговорюйте, спілкуйтесь – підтримуйте обмін інформацією.
• Знайдіть або ваших західних партнерів або українських (таких буде обмаль), які зможуть допомогти вам у процесі приєднання до проектів

Ingenuity within lack of sophistication

One of the main differences between the former USSR and its former rivals, mainly USA and Western Europe, was the consumer abundace in the later and total scarcity of anything that makes life more comforable in the later (so called defitsyty). The brainless experiments of bolsheviks on erasing culture from public life and disfigured appreciation of beauty have depressed the natural zeast of humans for beauty in the things surrounding them (what Western Europe have developed and preserved). The consumeristic society’s lavish abundance was a distant dream (what States have elevated to such a high level).

Under such conditions, the process of inventing things and creating knowledge differed significantly. I am not aware of any research on the subject (please suggest if you know). But identifying this process and defining how people were able to come up with great things in USSR is something worth puzzling about:

• Firstly, in the former Soviet Union there is something about the cult of suffering, – what many people in the West would consider as a suffering and torture, people in the East of Europe are actually find interesting pasture times. Take mushroom hunting or berry picking – favourite weekend activity of many people. These are quite physcially demanding activities, with a stint of extreme sports (eg being lost in the forest). But solitude brings great ideas forward, and one gets all the time of the day to talk to friends who went along to the forest. Can it be that physical hardship make you long for better and inevitably come up with great inventions?
• Secondly, the apprehension of inevitable lack of things push humans to invent things to fill in the void. For instance, if you know that you will not be able to get new car in the next 10 years, you will have to invent things to make the one you have last for next 10 years at least. No wonders half of cars in early 90-ties in former USSR looked like coming straight from the shelves of the DIY shop. For Westerns it is an object of jokes, for myself – an object of marvel for engineering skills of ordinary people.
• Thirdly, the unavoidable honor of being a part of the group – in Soviet time, one would get an assignment to work for a plant or a research institute and that would be pretty much your life path and life assignment. People had to learn how to create groups, to tresure them and how to hate-and-love your colleagues. Combinations of most unmatchable types often prove to bring best sparkles of ideas. And group was a confinement for grievances, expressing disagreements for small societal tresons of social order. There was pretty much no way to move on or to compete with someone openly in scientific excellence. The group defined options.

Could there be lessons learned? Could there possible be a Soviet-style innovation sessions – with 2-months pasture time, in groups of very different people working with LADA-like toolkit to create its hydrogen equivalent? It feels that with the onslaught of typical consumeristic society on post-USSR terrain, the initial romance of invention is disappearing. The specific combination of time, space, people and minimum resources, – could this be a Soviet innovation model? Or am I trying to coin an oxymoron?

Innovation from the military

It might be of interest to non-Slavic speaking readers to know about the slow but steady revival of the military complex innovation in post-Soviet countries. Why does it matter for knowledge economy, you may ask. For decades, the so called military complex was the vehicle behind the innovation in this part of the world. Often, under the disguise of the military equipment, the researchers were carrying their fundamental or applied research activities, not quite directly related to the needs of the army. The USSR collapsed and a lot of innovation processes and systems collapsed with it.

Just yesterday, the Ukrainian Ministry of Defense announced the upgrade and enlisting of the AN-26 based air-born command center. Anotonov-26 used to be a mainstream of the military aviation of the Socialist block. Now Antonov and Aviant have installed equipment able to support communication between different army units, fully integrated into the existing communication platform of all units and kinds and capable of resisting any kind of modern communication supression technologies. If this kind of technology could also be adapted to ensure communication during the natural and athropogenic disasters – this could be of help to all CEE countries – AN-26 are ubiquous and could be re-fitted for this purpose. Something for Science and Techonology Center to explore?

By any means new innovative products coming from the military are only welcome – it means people working for those enterprises are slowly start to acquire back lost lust for innovation.